Никому не нужна Россия как часть западного мира

0
15


М.Курников― Добрый вечер! У микрофона — Максим Курников. И со мной вместе в студии лидер «Российской партии свободы и справедливости» Максим Шевченко. здравствуйте, Максим!

М.Шевченко― Здравствуйте, Максим!

М.Шевченко: Никому не нужна Россия как часть западного мира

М.Курников― Надо сказать, что буквально шел вчера и вашу агитационную листовочку — ну, правда, она такая, большая, неправильно называть ее листовочкой — увидел.

М.Шевченко― Буклет.

М.Курников― Буклет, давайте так ее назовем. На ваш взгляд, как идет кампания? В том смысле, что я видел, ваши ролики удаляют с YouTube. Все ли в порядке?

М.Шевченко― Конечно, не все в порядке. Мы завтра подаем в Центризбирком на имя Эллы Памфиловой жалобу на ВГТРК — это точно. Потому что ВГТРК просто удаляет из YouTube куски дебатов политических официальных и на месте удаленных этих роликов возникает черная надпись, что это удалено по запросу правообладателя, каким является ВГТРК. Я считаю и мы считаем, вся наша команда, что это препятствование политической деятельности, что это вообще-то в ходе выборов, нарушение, которое можно верифицировать как и уголовное нарушение. Поскольку препятствование политической деятельности легальной, тем более, предвыборной — вот как бы удалить ролик из YouTube, заявив, что это твоя собственность — это как подойти и сломать плакат с каким-то кандидатом, который тебе не нравится, — по большому счету это преступление.

Можно, конечно, бесконечно спорить с юристами ВГТРК. Когда я был у Соловьева на дебатах, то мы там спорили. Я говорю: «Это не ваша собственность. Тут заказчиком является, по крайней мере, государство или Центризбирком, который заказывает у вас дебаты. Вы не можете отказаться проводить дебаты, это ваша обязанность как государственной компании. И вы потом не можете подвергать цензуре распространение в XXI веке это в социальных сетях. Такое ощущение, что руководство ВГТРК, что Олег Борисович и его помощники, занимающиеся политическим вещанием, живут в ситуации «развитого брежневизма», где это 78-й год, когда есть телевизор, несколько кнопок, надо вот так встать, переключить…

М.Курников― «Я тебе попереключаю!»

М.Шевченко― И больше ничего нету. И газета «Правда». И глушат по радио ВВС, «Свободу», «Голос Америки» или «Немецкую волну» какую-нибудь. Вот мы сидели, я помню, в пионерском лагере и там слушали: «Сева-Сева Новгородцев, город Лондон Би-Би-Си» — вот это вот.

М.Курников― Вот так и развалили Советский Союз.

М.Шевченко― Ну, они развалили, потому что они просто всегда хотели его развалить. Партноменклатура — а все эти люди, — это все выходцы из партноменклатуры, — они всегда хотели перестать играть в этот социализм, социальную справедливость и просто стать господами, феодалами. Они в одном шаге сейчас от того, чтобы в России установилась феодально-олигархическое, почти монархического типа государство. Их идеал — это Саудовская Аравия.

М.Курников― А что вы там такого говорите в ролике?

М.Шевченко:Русским быть замечательно, но греки — это отцы всего, что может думать и размышлять

М.Шевченко― Я говорю: «Свободу Алексею Навальному!», например, в ходе дебатов. Я говорю еще какие-то вещи, призываю освободить политзаключенных. И они трут…

М.Курников― Они выборочно трут или все трут?

М.Шевченко― Они теперь любые ролики с моим участием, которые в YouTube выкладывают, сразу блокируют — ВГТРК. Мы считаем, что это препятствование дебатам, препятствование политической агитации, препятствие выборному процессу. Я хочу, чтобы Элла Александровна сама дала этому квалифицированное объяснение. Завтра наш юрист подаст это в ЦИК, и я тоже там, наверное, подъеду, или юрист подаст. Это же подача письма просто-напросто. Хотя я Эллу Памфилову знают лично, могу позвонить, но я предпочитаю официально.

М.Курников― Это письмо, это не жалоба?..

М.Шевченко― Это жалоба, это официальная жалоба на имя главы Центризбиркома о том, что в других ток-шоу ведущие просто вмешиваются… Я знаю, что такая коллизция была уже в 18-м году, уже жаловались, что ведущие прерывали, вмешивались, выгоняли. Ксению Собчак, по-моему, затыкали просто, когда она говорила в эфире. Она была кандидатом в президенты.

И потом они говорили, что ЦИК дал такое разъяснение, что это авторское право каналов. Это абсолютно абсурдное просто разъяснение. Поскольку давайте тогда просто отмените дебаты в целом, тогда вообще не играйте и не устраивайте этот спектакль. Как только идет не по вашему сценарию, когда это бормотание большинства кандидатов, которые там сидят и просто дожидаются, когда уже размеченные расклады, кому там что раздадут, которые уже размечены в администрации президента, состоятся, — вот они сидят там и бормочут о том, о чем никому не интересно. Как только туда какая-то жизнь входит, какая-то реальная политика, реальная повестка — сразу начинают это дело блокировать.

Поэтому мы заявляем протест против этого. И скажу сразу, что если это будет продолжаться в таком виде, мы только откажемся от дебатов официально и со скандалом.

М.Курников― Но это им подарок.

М.Шевченко― Не думаю, что это им подарок. Потому что у них было главное требование к этим выборам — легитимность и конкурентоспособность. Если они сами уничтожают легитимность, если государственная компания, которая существует на деньги налогоплательщиков помимо доходов от рекламы, но так как нету доходов от коммерческой рекламы в ходе дебатов, там политическая реклама идет, то значит, это время точно оплачивается избирателями, они не вправе распоряжаться этим самостоятельно. Не вправе. Только по решению суда они могут блокировать тот или иной кусок. Если суд примет решение, допустим: «Это экстремистское заявление» или: «Это нельзя распространять», — тогда это да. Они просто абсолютно волюнтаристски это делают.

М.Шевченко: Главный признак цивилизации — это этика и сознание, ощущение

М.Курников― Максим Леонардович, но если говорить о том, цензура это или не цензура, вы неделю тому назад здесь сидели и говорили, что никакой цензуры нет, кроме внутренней. Вы изменили свою точку зрения?

М.Шевченко― Цензуры нету для тех политиков, которые приходят. Меня вот спрашивали: «Почему вы говорите «Свободу политзаключенным!»?» Вот я могу сказать: «Свободу Алексею Пивоварову». Вот у меня вопрос: «Почему члены «Яблока» не говорят «Свободу Алексею Пивоварову!», который идет по спискам «Яблока»? Что мешает человеку, придя в эфир большого телеканала, заявить: «Свободу Алексею Пивоварову!», «Я не согласен с Алексеем Пивоваровым. Мы с ним спорили много раз. Я участвовал в его мероприятии в Питере, когда это было еще легально более-менее, и они не были иностранными агентами объявлены и так далее. Мы с ним дискутировали. У нас разные позиции. Но это же очевидная репрессия. Что мешает человеку придти сказать? Только внутренний страх.

М.Курников― Только он Андрей.

М.Шевченко― Извиняюсь, Андрей Пивоваров. А я как сказал?

М.Курников― Алексей.

М.Шевченко― Журналист. Господи, это другой. Я оговорился — Андрей Пивоваров, конечно. Я Андрея Пивоварова имел в виду. Потому что они постоянно рядом ходят в нашем сознании, чуть-чуть. Андрей Пивоваров, конечно, не тележурналист Алексей Пивоваров. Вот что мешает сказать: «Свободу Андрею Пивоварову?» Ничто не мешает кроме внутренней цензуры, внутреннего страха. Мне это непонятно, честно скажу. У меня нет такой цензуры внутренней и у меня нет такого внутреннего страха.

М.Курников― Вы сами сказали про Ксению Собчак. И надо сказать, что многие сравнивают вас с Ксенией Собчак в этой кампании, что вот дозволено говорить ему больше, чем другим. Вас такое сравнение скорее обижает или, наоборот, лестно?

М.Шевченко― Мне кажется, это странное сравнение, потому что Ксения Собчак выросла, с детства зная Владимира Путина, с микроскопических лет своих. Фактически они дружили семьями, как я понимаю, по крайней мере, есть фотографии, где ее девочкой охраняет Виктор Золотов, когда она маленькая девочка. Поэтому статус Ксении Собчак во всей этой элите цельинско-путинской, он статус такой герцогини если не Уэльской, какой-нибудь Сассекской, это точно. Она точно принадлежит к этому бомонду политическому, и ее игра во фронду, она ей ничем не угрожала. Я помню, мы сидели за каким-то столом, ее мать Людмила Нарусова — это было время Медведева — достаточно жестко отзывалась в такой большой достаточно компании (это был какой-то форум) о Путине. Это было как раз, когда Медведев был президентом и типа у них были надежды, что он останется президентом, а Путин, его звезда закатится. Но в 12-м году по-другому все это сложилось, как мы знаем.

Но им разрешено и позволено все что угодно. Это как бы члены Семьи практически, правящего дома. Ну что же. и в царской семье были великие князья, которым были позволены всякие вольности морганатические браки. Великий князь Александр Михайлович, он был толстовец официально и ездил к Толстому, что было немыслимо для других членов царской семьи.

Поэтому это как бы игры аристократии. Я не принадлежу к этой среде. Я ни у кого не спрашиваю ни на что разрешения, мне никто ничего не позволял или ни не позволял. Я сам делаю то, что считаю нужным. Если потом на меня какие-то репрессии обрушаться, это их дело. Это их совесть, это их железные колеса, железная машина. Я говорю то, что думаю. И даже когда я заблуждаюсь, я делаю это потому что я так думаю, а не потому, что мне кто-то что-то говорит. Когда мне говорили, вот я говорю, на «Первом канале» я работал, выполняя редакционную политику «Первого канала». В какие-то моменты это совпадало с моими взглядами. Потом это расхождение очень сильно случилось, диаметрально. Да, это было, когда у меня был контракт с «Первым каналом». Я свободный человек и мне никто не может указать, что мне говорить. Если кто-то так попробует, то я, скажем так, его достаточно вежливо пошлю куда подальше.

М.Курников― Как вы объясняете себе, что вас не просто не зарегистрировали, но и не снимают, и как вы думаете, пожалели ли они, что они на это пошли?

М.Шевченко― Мне, честно говоря, это все равно. Я об этом вообще не думаю. Я думаю, что меня зарегистрировали, потому что была необходимость легитимности выборов. Они прекрасно понимали, что я не буду играть по их правилам и полагали, что у меня нет никакой команды, что я достаточно одинокий человек. Ну, и после смерти моих друзей на самом деле так казалось. Но выяснилось, что меня слушают, слышат и даже если они критически ко мне относятся, но с уважением, очень большое количество людей. И что я могу обратиться, и мой голос будет услышан сотнями тысяч, а, может быть, и миллионами людей. Потому что отклик на кампанию, которую мы ведем в цензурируемых телевизионных каналах, в социальных сетях, — мы в основном там находимся, мы пользуемся современными методами доведения информации. Я лично до сих пор полагаю, что все эти плакаты огромные на улицах — это в основном способ распила бюджетов выборных, потому что они мало чего дают для избирателей.

Таргетинг, таргетирование образа, слов кандидата — это современно. Мы те небольшие средства, которые у нас несть, тратим на таргетинг — это очень эффективно. Потому что задача — это, собственно, знать, что люди должны знать, что вот есть Максим Шевченко (меня очень многие знают) и совместить это с этим логотипом, который вы увидите в избирательном бюллетене: черный квадрат, белая звезда и два слова: «Свобода и справедливость». Вот этот черный квадрат, белая звезда, «Свобода и справедливость» и Максим Шевченко — это одно целое.

М.Курников― Максим Леонардович, вашего коллегу по списку, по политической деятельности…

М.Шевченко― Моего друга.

М.Курников― Дмитрия Потапенко сняли за акции. И я так понимаю, что это вам привет был от Эллы Александровны, когда сказала: «Вот тут говорят, что его за «Яндекс» сняли, а его не за «Яндекс» сняли, там много других акций было.

М.Шевченко― Мы это уже обсуждали три программы назад, поэтому не будем. Я считаю, что этот закон абсолютно абсурден. Я считаю, что Дмитрий ни в чем не виновен. Это для меня всегда была и будет политическая репрессия, потому что Дима сам указывает, что есть те, кого не сняли за наличие акций.

М.Курников― Да, более того, в «Единой России» есть…

М.Шевченко― Я никогда не называю бренды. Я не хочу, потому что, с моей точки зрения, это будет как стукачество какое-то. Я этого никогда не делаю, я никогда не указываю пальцем: «А вот у них, у них…». Я никогда не обращаюсь в суды и не буду это делать и не обращаюсь в полицию, и не буду это делать.

М.Шевченко: Те партии, которые голосовали за этот собянинский бюджет, — это просто враги москвичей

Поэтому я говорю так: это политическая репрессия, Дмитрия сняли за его яркую позицию, за его критику, за то, что мы можем с высокой долей вероятности преодолеть 5%, и Дмитрий Потапенко, находясь в Государственной думе, будучи депутатом, естественно, не будет ни перед кем заискивать, как и вся наша фракция. Наша фракция — это достаточно большая группа людей, которая в случае прохождения 5% попадает в думу. Это и профессор Дамир Исхаков, который поставил на место Жириновского. Стыдливо не называют его имени, говорят — татарский историк.

М.Курников― Не все просто тюркские фамилии всегда запоминают.

М.Шевченко― Не надо. Это ксенофобия в чистом виде. Вот именно поэтому мы единственная партия, которая обращается к народам России, говоря, что мы ваша партия. Мы считаем, что имена народов России, которые произносятся на тюркском языке, на финно-угроском языках, на кавказских языках — это достоинство тех людей, которые эти имена носят. А то, что ведущие в этой стране, который всегда говорит «многонациональная», не могут произнести, выговорить: «Дамир Мавлявеевич Исхаков, то это говорит о том уровне деградации, куда скатилась политическая и информационная система. Он поставил на место Жириновского.

С другой стороны, Олег Меньшиков, движение «Альтернатива», который извлекает людей из рабства, который и донецкую войну прошел добровольцем и в Сирии был ранен, занимался освобождением пленных. И Руслан Курбанов, который представляет мусульман России и представляет Кавказ. И Иван Засурский, зав кафедрой Новых медиа — журфак МГУ. И Герман Клименко, один из основателей российского интернета, продвигающий концепцию IT-демократии.

М.Курников― Прямо скажем, один из гонителей российского интернета.

М.Шевченко― С какой-то стороны да, а с другой стороны, я не считаю, что он был гонителем российского интернета. Я считаю, что он является одним из тех, кто выступает с идеей фундаментальной модернизацией. У Германа Сергеевича ест очень понятная мысль — мы с ним долго говорили на эту тему — цифра создает новые условия свободы, новые условия развития демократического процесса. Поэтому видите, они даже в YouTube нас блокируют, тормозя цифру.

В нашем федеральном списке… есть к региональным спискам люди. Василий Кудермеков, Виктория Миронова в Москве. Михаил Бутримов — это все люди известные в своих социальных средах.

М.Курников― Дмитрия Потапенко нет…

М.Шевченко― Для меня это большая потеря.

М.Курников― Не думаете ли вы что к вам, в общем, таким искаженным эхом вернулись ваши же призывы этого ограничения влияния Запада, ограничения иностранного влияния и так далее. Ведь это продолжение этой риторики.

М.Шевченко― Это моя принципиальная позиция. Нет, секундочку, Ничего подобного.

М.Курников― Власть воспользовалась этими тезисами…

М.Шевченко― Я считаю, что власть — это Запад. Просто разница между частью прозападной либеральной оппозицией и властью заключается в следующем: власть тут строит монархическое, феодальное государство по типу Саудовской Аравии, когда будет незыблемо, фактически богоданно власть правящей элитой, и она будет единственным возможным партнером Запада — Лондона, Вашингтона или Берлина. Альтернатива этому — либеральная прозападная оппозиция, которая, как Алексей Навальный написал в своем интервью The New York Times, хочет, чтобы Россия была частью Запада. И фактически власть и оппозиция хотят одного и того же, но по разным совершенно сценариям. Эти хотя демократии, эти хотят демократических процедур, но тоже часть Запада. Но по сути власть и господство иностранных корпораций, она не подвергается сомнению…

М.Курников― Обязательно господство? Почему?

М.Шевченко― Конечно. Если вы являетесь частью мировой экономики, экономики Запада, то, таким образом, вы либо являетесь полноценным партнером, но даже внутри Евросоюза Греция и Германия — это не равноценные партнеры…

М.Шевченко:Мы должны вернуть страну самим себе, тем, кто тут живет, отобрать у лакеев Запада

М.Курников― Мы, к счастью, не Греция.

М.Шевченко― Мы, к сожалению, не Греция, потому что Греция — это волшебная, прекрасная страна, которая дала миру величайших философов — Сократа, Аристотеля, Платона. И мы вами думаем и говорим в категориях только потому, что когда-то была древняя Эллада.

М.Курников― Я имею в виду наши размеры, в том числе, экономики больше греческой, давайте признаем это.

М.Шевченко― Русским быть замечательно, но греки — это отцы всего, что может думать и размышлять.

М.Курников― Но мы не греки в смысле размера экономики.

М.Шевченко― Я вообще считаю, что весь мир должен грекам хоть чуть-чуть отчислять, западная цивилизация точно. Потому что они уже сделали свое дело для всего мира — они создали наш способ мышления.

М.Курников― Вообще, сейчас стараются больше отдыхать все-таки.

М.Шевченко― Вы меня сбили с мысли.

М.Курников― Простите.

М.Шевченко― Периферийное государство, задача которого поставлять ресурсы и финансы и обслуживать интересы центра по Иммануилу Валлерстайну — это очень точный анализ — вот это место России. Никакая демократия в такой стране не предусмотрена.

М.Курников― Быть частью западного мира, если ты демократия в том смысле большее количество рычагов сохранения этой демократии.

М.Шевченко― Никому не нужна Россия как часть западного мира. Любая демократия поставит вопрос о том, грабеже полезных ископаемых, вывозе за границу, о том, почему деньги за прошедшие 2 года вложение в американские ценные бумаги с 2,5 миллиардов увеличили до 6,5 миллиардов. Вот почему туда деньги вкладываются, почему капиталы туда вывозятся, несмотря на всю патриотическую риторику, несмотря на все разговоры о том, что у нас особый путь. Это особый путь у глубинного народа, который вы лишаете демократии, выборов, свободы слова, а у вас пусть свой: вы правящая элита. Фактически правящая элит хочет быть чем-то, чем является саудовская правящая элита. Но это как бы крайний вариант. Ну, или как Эмираты.

М.Курников― Вы часто говорите о Китае, но давайте признаем, что китайская элита точно также хочет быть и копирует западный образ жизни.

М.Шевченко― Это невозможно.

М.Курников― Но она это делает.

М.Шевченко― Нет, это не так.

М.Курников― Посмотрите на них которые голыми на «Феррари» ездят.

М.Шевченко― Это другое.

М.Курников― Это то.

М.Шевченко― Нет, это не то. Вы все время считаете, что какие-то технические средства являются признаком цивилизации. Это не так.

М.Курников― Нет.

М.Шевченко― Главный признак цивилизации — это этика и сознание, ощущение. Цивилизация существует в основном в голове человека как этничность. Если вы считаете себя русским, вы русский. Если вы считаете себя китайцем, вы китаец. Если вот вы голубоглазый блондин, будете считать себя китайцем, то вы будете китайцем, как ни крути. Вот как Пушкин считал себя русским. Маленький, темнокожий, кучерявый Пушкин, никак фенотипически не похожий на классического русского был абсолютно стопроцентно русский человек даже такой, как считал Достоевский, каким он станет через 200 лет — русский человек, — сказал в своей знаменитой пушкинской речи про Пушкина.

М.Курников― То есть выбирая между демократией…

М.Шевченко― Выбирая между демократией, я выбираю демократию…

М.Курников― …И авторитарным режимом, но с русской философией, с русским путем…

М.Шевченко― Я выбираю демократию, но с русским путем. Демократия не удел Запада. Демократия буржуазная, парламентское представительство, да, она возникла на Западе, она возникла из протестантской ́этики, из развития капитализма западного, европейского. Она, на мой взгляд, неприменима в странах периферии. Потому что любой навязанный тип политического устройства страны периферии — будь то монархия или будь то так называемая демократия — это будет просто способ эксплуатации стран периферии. Страны периферии могут достичь суверенитета, только проведя национальную революцию. Когда в странах периферии возникает нация, которая создает свои инструменты защиты и управления, то тогда они перестают быть странами периферии.

Вот в Китае случилась национальная революция. Современный Китай стоит на 3 китах — на Сунь Ятсене, который рассказал о национальном характере китайской борьбы, «мы боремся не по западным лекалам, — говорил Сунь Ятсен, — а мы ханьцзы (китайцы) боремся за то, чтобы быть китайцами; Мао, который провел социальную революцию огромную и десятки миллионов людей сделал частью общего социально-экономического процесса; и Дэн Сяопин — третья составляющая — который ввел свободный рынок и возможность богатеть для большого количества китайцев. Вот эти три кита. И это не копирование Запада, абсолютно китайский путь: Сунь Ятсене, Мао Цзэдун и Дэн Сяопин. Национализм, социальная революция…

М.Курников― Вы говорите о глобальных вещах, которые провозглашаются, но мы же видим, как они живут. Мы же видим, как они тратят деньги. Коррупционер в Китае, он тратит деньги все равно на Западе. А коррупционеров там не меньше, чем у нас, правда же?

М.Шевченко: Черный квадрат, белая звезда, «Свобода и справедливость» и Максим Шевченко — это одно целое

М.Шевченко― Вы просто отстали от жизни, Максим, немеряно. Китайский внутренний рынок потребления уже опережает западный рынок потребления. В Китае средний класс насчитывает порядка 400 миллионов человек. Это люди, которые живут во многом гораздо лучше, чем жители Запада, и это люди с абсолютно китайской этикой и мироощущением. Это китайцы до мозга костей, а это не люди, которые, ощущая себя китайцами, хотят подражать европейцам, немцам, англичанам или американцам. Так было. Так было в Шанхае в начале XX века. Мы это видим по разным фильмам. По-моему, «Красный треугольник» такой фильм великолепный про Шанхай начала XX века потрясающий.

М.Курников― То есть вам нравится, что Си, по сути, узурпировал власть и нарушил традицию сменяемости постоянной?

М.Шевченко― Нет никакой традиции сменяемости в Китае.

М.Курников― 10 лет они менялись всегда.

М.Шевченко― Да что вы указываете китайцам, как им жить?

М.Курников― Я не указываю. Я просто вас спрашиваю: «Вам нравится демократия?», вы говорите: «Да, мне нравится».

М.Шевченко― Мне нравится демократия в той стране, которая органически эту демократию создает. Вот в Америке американская демократия, которая не похожа на британскую демократию. Только по внешним признакам. В Британии у вас есть король или королева. Это монархия, под которой существует демократический процесс, который существует в ходе борьбы английского народа, Великой революции, казни короля, парламента, потом благородной революции Вильгельма Оранского. У американцев свой путь, у китайцев свой путь. У нас должен быть свой путь. Вот советский путь, который был прерван преступной правящей верхушкой КПСС — это наш был путь, который мог развиться в наши принципы демократии и свободы.

М.Курников― Но слушали вы западные волны.

М.Шевченко― Да плевать мне на западные волны на эти. На Запад плевать. НРЗБ Мы должны вернуть страну самим себе, тем, кто тут живет, отобрать у лакеев Запада.

М.Курников― Послушаем новости. Потом вернемся в студию.

М.Курников― Мы продолжаем говорить с Максимом Шевченко, лидером «Российской партии свободы и справедливости».

И тут много вопросов вам задуют. Во-первых, например, вас спрашивают: Если вы власть, при вас можно возвращать на Кавказ девушек, которые пытаются оттуда сбежать? Вы будете отстаивать право девушки оттуда сбежать?

М.Шевченко― Ни на Кавказ, ни в Москву, ни в Петербург, ни на Камчатку нельзя человек захватывать помимо его воли.

М.Курников― Но вы видите, что это происходит сейчас?

М.Шевченко― А что вы только на Кавказ указываете пальцем? У нас нигде больше ничего не происходит? У вас насилия здесь нету, в Москве, в Питере?

М.Курников― Там власти официально это поддерживают, а здесь хотя бы стесняются это поддерживать официально.

М.Шевченко― Я считаю, что в каждом таком случае надо разбираться конкретно. Как в каждом заявлении ребенка по поводу насилия родителей по отношению к ребенку. Это вам скажет любой педагог. Нельзя безоговорочно верить ребенку. Ему нельзя не верить, но ему также нельзя безоговорочно верить. В каждом заявлении, которое исходит из внутрисемейного пространства о насилии, запрете похищения должна быть какая-то очень сложная и деликатная процедура понимания, что на самом деле произошло. Но я считаю, это моя принципиальная позиция, что право любого гражданина — и мы на этом будем настаивать, если мы будем влиять на власть. — это безусловная ценность. И никто не может девушку помимо ее воли выдать замуж, похитить, принудит к чему-либо. Другое дело, что каждая такая процедура выяснения такой коллизии должна быть очень деликатной с участием психологов, с участием юристов квалифицированных. Это не должен быть популистский силовой рецепт. С одной стороны, как бы травить одних или обвинят других. Надо разбираться в деталях.

М.Шевченко: У России нет ответственности перед своими гражданами, потому что это не настоящее государство

М.Курников― Еще один вопрос. Спрашивают вас: Поддерживаете ли вы лозунг снизить бюджет Москвы в пользу регионов? Вообще, как вам слова мэра Москвы Собянина о том, что Москва кормит всю Россию.

М.Шевченко― Это, я считаю, ложь. Я скажу откровенно, что это ложь. У всех регионов забирают огромные деньги. Деньги прокачиваются через Москву. Я свидетель. Вот я жил всю свою жизнь в центре Москвы в 208 округе, где я и выдвигаюсь. Мы видим, как эти деньги, которые забирают из регионов, фактически остаются в Москве, обналичиваются. У нас в третий раз за лето ломают асфальт, ломают тротуары и чего-то прокладывают. Я прекрасно понимаю, что бюджет Москвы, который был принят и за который голосовали те, кто в Мосгордуме за него голосовал — это единороссы, это КПРФ, которые голосовали за уничтожение тротуаров бесконечное — по-моему, против только «Яблоко» было, если память не изменяет. И Елена Шувалова была против. И еще два депутата, которых исключили из фракции КПРФ. Вот этот бюджет фактически отмывания денег, которые сюда приходят со всей страны.

М.Курников― Они приходят в федеральный бюджет.

М.Шевченко― Мы точно не знаем. Потом они распределяются здесь. Москва не кормит страну, Москва уничтожает страну при нынешней политической системе. Она из страны выкачивает деньги, которые сюда стягиваются. Более того политика властей Москвы — это превращение Москвы в огромный мегаполис. В погоне за деньгами они строят эти «человейники» чудовищные 24-этажные без какой-либо инфраструктуры. Потом туда завозят трудовых мигрантов, которые сначала за патенты сюда заезжают, почему-то легко получают гражданство России, начинают жить. Фактически власти Москвы — это гиперлицемеры. Вот еще сейчас Собянин говорит: «Мы против трудовой миграции. Мы высылаем отсюда тех, кто совершает преступления». Вы начала вместе сюда вместе с Хуснуллиным завозите миллионы просто реально. Публично нам говорят: России надо еще плюс 1,5-2 миллиона из Средней Азии.

М.Курников― Дороги строить надо.

М.Шевченко― Кому это надо строить дороги? Почему российские граждане не строят дороги? Я вам отвечу, почему — потому что за каждого российского гражданина надо платить налоги — социальный, пенсионный, а за этого несчастного киргиза не надо ничего платить, ему черным налом можно все отдавать.

Мы единственная партия, которая четко говорит: «Мы выступаем с пакетом трудового мигранта». Это регистрируемый договор, за который отвечает работодатель с человеком, которого привозят в Россию. Обязательная медицинская страховка. Билет туда обратно на время работы. Место регистрации, за которое отвечает работодатель. И главное — трудовая виза. Без трудовой визы человек не должен иметь права работать в России и зарабатывать здесь хотя бы одну копейку. Такие законы в Китае, такие законы в Турции. Такие законы в Евросоюзе, такие законы везде в окрестностях России кроме России. Здесь можно что угодно. Здесь власть принадлежит просто этому компрадорскому колониальному капталу.

М.Курников― У России нет ответственности перед теми странами, которые когда то были членами Советский Союз?

М.Шевченко: Такое ощущение, что руководство ВГТРК живут в ситуации «развитого брежневизма»

М.Шевченко― У России нет ответственности перед своими гражданами, потому что это не настоящее государство. Да, это некая система, которая обладает репрессивными возможностями. Она может арестовать, посадить в тюрьму, лишить человека бизнеса, лишить человека свободы, объявить иноагентом журналиста, закрыть любое медиа. Но никакой ответственности перед гражданами нет, потому что и граждане — это атомизированное сообщество людей, тут нации нету. Это так называемое государство всеми силами препятствует возникновению политического субъекта, который опирался бы на право, на порядок и был бы субъектом истории , на нацию как совокупность народов, людей разных национальностей.

Не надо путать национальность и нацию. Вы же понимаете, что это разные вещи, что национальность существует в голове, а нация существует в юридическом и политическом пространстве. Нация — это реальная вещь. Это совокупность граждан, которые обладают правами, свободами, которые делают так называемое государство инструментом внешней и внутренней политики. А у нас нет никакой нации. Есть люди абсолютно бесправные, которым сегодня провели реформы жуткие, уничтожившие больницы, поликлиники, вообще нормальное здравоохранение или школы уничтожили…

М.Курников― Но в Москве же не так.

М.Шевченко― Во-первых, это так. Я, когда заболел ковидом, меня отвезли на Коломенскую в больницу 79-ю. Это был ад. Люди лежали в коридорах, окна были запаяны. Кислорода не было. Просто вырваны были шланги. Это московская больница, далеко не на окраине, одна из центральных. Я сказал просто врачам… сестрам: «Откройте окна. Нас тут лежит в палате 9 человек, люди с температурой». У меня под 40 была температура. Никаких мер безопасности не было для тех, кто там был. Причем не у всех был диагноз ковид, как у меня, например. Они говорят: «Нет, не откроем, а то вы будете в окна вылезать». Я сказал: «Вы знаете, я тогда просто ногой выбью окно, мне все равно, потому что умру скорей всего». Но людям хотя бы будет чем дышать». После этого они пришли, открыли. И впервые в нашу палату, которую еще ночью обработали хлоркой — нас вытащили в коридор на 4,5 часа (это московская больница)… А Собянин заявил в 19-году в декабре, что очень много больниц в Москве, не нужно нам, москвичам… Давайте сократим их — вот он выступал в Мосгордуме так вальяжно с трибуны.

М.Курников― Сейчас, наоборот, открыли места…

М.Шевченко: А что вы только на Кавказ указываете пальцем? У вас насилия здесь нету, в Москве, в Питере?

М.Шевченко― А вот за 2 месяц до ковида он призвал сократить, чтобы зарплату врачи побольше получали. Так вот они ночью нас разбудили в 3 часа ночи… Я помню, там был дедушка с катетером, который держал мешок с мочей своей, я, который вообще еле дышал. Со мной был еще один травмированный госгвардеец в тяжелом состоянии, который храпел дико, кричал во сне — нас всех выгнали в коридор, пришли в нашу палату и хлоркой ее обработали. Мы потом вернулись в палату, в которой была хлорка, окна были запаяны. И после этого я сказал: «Если вы не откроете окно, я его просто выбью». После этого они его открыли. И как-то более-менее мы начали жить.

Потом меня перевели в другую больницу ФНКЦ ФБА, очень хорошую больницу. Как раз там открыли ковидные 4 этажа. Мне просто позвонил мой знакомый врач, который сказал: «Ты где лежишь?» Я говорю: «Да всё нормально. Я в 79-й». Такая пауза была: «Слушай, оттуда дорога только одна — в морг». И они меня оттуда вытащили. А у других людей не было таких друзей врачей. И то два дня меня скорая перевозила — два дня! Потому что теперь вы не можете просто взять и на скорой переехать в другую больницу. Поэтому не надо нам рассказывать сказки про Москву. Мы все это знаем. Показуха, которая существует в тех местах, где живет начальство в центре — это не то же самое, как живут люди в огромных «человейниках», в которые они превратили московские окраины. Это позор. Эти люди зарабатывают в Москве триллионы. Их даже миллиардерами назвать нельзя, они триллионеры. Перекладывая, разрубая наш асфальт, бесконечно облагая нас автомобильными штрафами непонятно за что. Вот вы едите, сегодня у вас 60 километров, вдруг появляется знак 40 километров. И вы автоматические получается 250 рублей. Чертыхаясь, чтобы к вам не приставали оплатите через Госуслуги, например и так далее.

Но мы даже не знаем, как идет в бюджет города. Поэтому те партии, которые голосовали за этот собянинский бюджет, — это просто враги москвичей, я считаю, в данной ситуацию. Во-первых, сам этот парламент московский — 45 человек! На более чем десяток миллионов — это просто издевательство над Москвой. Поэтому Сергей Семенович пусть нам сказки не рассказывает. Это вампир — Москва, — который из всей страны вытягивает соки.

М.Курников― То есть вы поддерживаете лозунг «Снизить бюджет Москвы в пользу регионов»?

М.Шевченко― Я поддерживаю наш партийный лозунг: «Отмена бюджетного правила». Я считаю, что налоги с регионов должны быть рациональными, а не как сейчас. До 80% забирают у разных регионов богатых. Нет, у каждого региона должна быть абсолютно ясная, понятная налогооблагаемая база. Но большая часть должна идти в местные бюджеты, должна оставаться в регионах. Но что-то, естественно, должно перераспределяться в местный бюджет. Просто с помощью забора денег из регионов они на самом деле держат всю страну в наморднике и на коротком поводке. Вот это их единственная стратегия.

М.Курников― А как это работает?

М.Шевченко― Фактически каждый губернатор, каждый глава региона должен стоять на коленях и вымаливать деньги на социальное обеспечение. Если вы лояльный губернатор, как Андрей Клычков в Орловской области, коммунист, то вам все будет дано. Хотя, что власть единоросса, что власть коммуниста — это одно и то же. Если вы не лояльный, как Валентин Коновалов в Хакассии, то у вас будут проблемы, вам не будут выдавать на социальные расходы сразу, хотя это же не вопрос отношений с главной региона, а это, в принципе, граждане должны получать эти деньги на социальные расходы.

М.Курников― Он тоже коммунист.

М.Шевченко― Да, коммунист. Но это разные коммунисты. Потому что один как бы с санкции власти стал губернатором Орловской области, а другой вопреки власти стал — по воле народа. Вот если по воле народа, то у тебя проблемы, как у Фургала, допустим. А если ты поставлен туда властью, из Москвы прислан, то тебя будут облизывать, и у тебя все должно быть хорошо, в идеале.

М.Курников― Лидер «Российской партии свободы и справедливости» Максим Шевченко был у нас в эфире. До свидания!

echo.msk.ru





Source link